Неточные совпадения
Сначала он не чувствовал ничего и поглядывал только назад, желая увериться, точно ли выехал из города; но когда увидел, что город уже давно скрылся, ни кузниц, ни мельниц, ни всего того, что находится вокруг городов, не было видно и даже белые верхушки каменных церквей давно ушли в землю, он
занялся только одной
дорогою, посматривал только направо и налево, и город N. как будто не бывал в его памяти, как будто проезжал он его давно, в детстве.
— Отлично. Тебя послали продать. По
дороге ты
занялась игрой. Ты пустила яхту поплавать, а она сбежала — ведь так?
Тушин все-таки, на всякий случай, с тем же архитектором, немедленно
занялся соображениями об отделке дома для приема и помещения
дорогих гостей.
Обе
занимались делом: на столе и на коленях у них лежало
дорогое выездное платье Анны Андреевны, но старое, то есть три раза надеванное и которое она желала как-нибудь переделать.
Предоставив им
заниматься своим делом, я пошел побродить по тайге. Опасаясь заблудиться, я направился по течению воды, с тем чтобы назад вернуться по тому же ручью. Когда я возвратился на женьшеневую плантацию, китайцы уже окончили свою работу и ждали меня. К фанзе мы подошли с другой стороны, из чего я заключил, что назад мы шли другой
дорогой.
Очевидно, вскоре после того как зверек попал в ловушку, его завалило снегом. Странно, почему зверолов не осмотрел свои ловушки перед тем, как уйти из тайги. Быть может, он обходил их, но разыгравшаяся буря помешала ему дойти до крайних затесок, или он заболел и не мог уже более
заниматься охотой. Долго ждал пойманный соболь своего хозяина, а весной, когда стаял снег, вороны расклевали
дорогого хищника, и теперь от него остались только клочки шерсти и мелкие кости.
Каторжные в течение трех лет корчевали, строили дома, осушали болота, проводили
дороги и
занимались хлебопашеством, но по отбытии срока не пожелали остаться здесь и обратились к генерал-губернатору с просьбой о переводе их на материк, так как хлебопашество не давало ничего, а заработков не было.
— Он самый-с. В земстве-с, да-с. Шайку себе подобрал… разночинцев разных… все места им роздал, — ну, и держит уезд в осаде. Скоро дождемся, что по большим
дорогам разбойничать будут. Артели, банки, каммуны… Это дворянин-с! Дворянин, сударь, а какими делами
занимается! Да вот батюшка лучше меня распишет!
— Нет, видно, смял меня этот день, Первое мая! Неловко мне как-то, и точно по двум
дорогам сразу я иду: то мне кажется, что все понимаю, а вдруг как в туман попала. Вот теперь вы, — смотрю на вас — барыня, —
занимаетесь этим делом… Пашу знаете — и цените его, спасибо вам…
— Помню, как ты вдруг сразу в министры захотел, а потом в писатели. А как увидал, что к высокому званию ведет длинная и трудная
дорога, а для писателя нужен талант, так и назад. Много вашей братьи приезжают сюда с высшими взглядами, а дела своего под носом не видят. Как понадобится бумагу написать — смотришь, и того… Я не про тебя говорю: ты доказал, что можешь
заниматься, а со временем и быть чем-нибудь. Да скучно, долго ждать. Мы вдруг хотим; не удалось — и нос повесили.
Приятели и знакомые недоумевали; но людям вообще не свойственно долго
заниматься чужими делами, и когда Санин отправился за границу — его на станцию железной
дороги приехал провожать один француз-портной — и то в надежде получить недоплаченный счетец — «pour un saute-en-barque en velours noir, tout à fait chic» [»За матросскую куртку из черного бархата, самую модную» (фр.).].
Ведь это всё равно, как если бы предложить купцам и банкирам ничего не продавать
дороже цены покупки, а
заниматься распределением богатств без барышей и уничтожить вследствие этого ставшие ненужными деньги.
Сидел за столом — помню еще, подавали его любимый киселек со сливками, — молчал-молчал да как вскочит: «Обижают меня, обижают!» — «Да чем же, говорю, тебя, Фома Фомич, обижают?» — «Вы теперь, говорит, мною пренебрегаете; вы генералами теперь
занимаетесь; вам теперь генералы
дороже меня!» Ну, разумеется, я теперь все это вкратце тебе передаю; так сказать, одну только сущность; но если бы ты знал, что он еще говорил… словом, потряс всю мою душу!
Басов. Знаешь… надо бы тебе чем-нибудь
заняться,
дорогая моя Варя! Ты вот все читаешь… очень много читаешь!.. А ведь всякое излишество вредно, это — факт!
Дорогой мой, отчего вы не хотите серьезно
заняться вашей болезнью?
— Я, собственно, больше живу в вагонах, на железной
дороге. Я
занимаюсь коммерцией: распорядитель в нескольких компаниях и сам тоже имею подряды. Нельзя, знаете: в год тысчонок шестьдесят-восемьдесят иногда зашибешь, — приятно это и соблазнительно… — объяснил Янсутский.
Можно судить, что сталось с ним: не говоря уже о потере
дорогого ему существа, он вообразил себя убийцей этой женщины, и только благодаря своему сильному организму он не сошел с ума и через год физически совершенно поправился; но нравственно, видимо, был сильно потрясен:
заниматься чем-нибудь он совершенно не мог, и для него началась какая-то бессмысленная скитальческая жизнь: беспрерывные переезды из города в город, чтобы хоть чем-нибудь себя занять и развлечь; каждодневное читанье газетной болтовни; химическим способом приготовленные обеды в отелях; плохие театры с их несмешными комедиями и смешными драмами, с их высокоценными операми, в которых постоянно появлялись то какая-нибудь дива-примадонна с инструментальным голосом, то необыкновенно складные станом тенора (последних, по большей части, женская половина публики года в три совсем порешала).
Отчего она, видя, как я и мать, поддавшись ложному чувству, стараемся скрыть от людей свою бедность, отчего она не откажется от
дорогого удовольствия
заниматься музыкой?
Я согласен: человек есть животное, по преимуществу созидающее, присужденное стремиться к цели сознательно и
заниматься инженерным искусством, то есть вечно и беспрерывно
дорогу себе прокладывать хотя куда бы то ни было.
Он употреблял адвоката ловкого,
дорогого, известного и денег не жалел; но в нетерпении и от мнительности повадился
заниматься делом и сам: читал и писал бумаги, которые сплошь браковал адвокат, бегал по присутственным местам, наводил справки и, вероятно, очень мешал всему; по крайней мере адвокат жаловался и гнал его на дачу.
Не дожидаясь ответа, Бесприютный вдруг сошел с
дороги и остановился. Невдалеке виднелась уже кривая сосна. Этапные проходили мимо, и староста
занялся счетом людей, не обращая более внимания на молодого человека, который остановился с ним рядом.
По счастью, Шатов, как видно с
дороги очень проголодавшийся, сначала исключительно
занялся первыми блюдами и только односложными словами отвечал на потчеванье г-жи Болдухиной.
При всей своей скупости он серьезно имением не
занимался, иногда только, без всякой нужды он врывался в управление моряка, распространял ужас и трепет, брил лбы, наказывал, брал во двор, обременял совершенно ненужными работами — там
дорогу велит проложить, тут сарай перенести с места на место…
Он напишет дрянной роман с неестественными страстями, с добродетельными пороками и с злодейскими добродетелями — да по
дороге или, вернее, потому, что это совсем не по
дороге, коснется таких вопросов, от которых у вас дух
займется, от которых вам сделается страшно, а чтоб прогнать страх, вы начнете думать.
— Это есть вера денежная, вся она на семишниках держится, сёдни свеча, да завтра свеча, ан поглядишь и рубаха с плеча —
дорогая вера! У татар много дешевле, мулла поборами с крестьян не
занимается, чистый человек. А у нас: родился — плати, женился — плати, помер — тащи трёшницу! Конечно, для бога ничего не должно жалеть, и я не о том говорю, а только про то, что бог — он сыт, а мужики — голодны!
«Господи, — думал я, — да что же я сделал такое, мне хочется
заниматься медициной, а послушаешь батюшку, право, подумаешь, что я просился на большую
дорогу людей резать».
Жители в Порто-Гранде негры и креолы, все, конечно, свободные и христиане. Белых здесь, за исключением португальских властей, человек пятьдесят — англичан, португальцев и тех, отечества которых не узнаешь; оно там, где можно нажить деньги. Англичане имеют здесь склады угля, а остальные
занимаются торговлей и, разумеется, эксплуатируют жителей. В нескольких лавках хоть и можно все достать, но все это лежалое и очень
дорогое.
Уж
занялась заря на востоке, уж давно кричат проснувшиеся дикие гуси, наконец уж уехали ямщики, а мы всё еще стоим на
дороге и починяемся.
Новые места и новые люди всегда меня интересовали — и на этот раз я ими очень
занялся и провел несколько времени в
дороге и при приеме денег очень приятно.
Жил-был в Москве Владимир Семеныч Лядовский. Он кончил курс в университете по юридическому факультету, служил в контроле какой-то железной
дороги, но если бы вы спросили его, чем он
занимается, то сквозь золотое pince-nez открыто и ясно поглядели бы на вас большие блестящие глаза и тихий, бархатный, шепелявящий баритон ответил бы вам...
— Ну да, я очень рад. Такое время. Не хозяйством же
заниматься! Здесь только бороде и почет. Ты пойдешь… у тебя есть нюх. Но нельзя же все для себя. Молодежь должна и нашего брата старика поддержать… Сыновья мои для себя живут… От Ники всегда какое-нибудь внимание, хоть в малости. А уж Петька… Mon cher, je suis un père… [
Дорогой мой, ведь я отец… (фр.).]
— Эх, Иван Алексеевич, не одни вы… то же поют… здесь только и можно, что вокруг купца орудовать… или чистой наукой
заниматься… Больше ничего нет в Москве… После будет, допускаю… а теперь нет. Учиться, стремиться, знаете, натаскивать себя на хорошие вещи… надо здесь, а не в Питере… Но человеку, как вы, коли он не пойдет по чисто ученой
дороге, нечего здесь делать! Закиснет!..
Русская публика в Нарве к этому не приучена, и жаждавший деятельности молодой и действительно добрый человек почувствовал себя лишенным самого
дорогого и приятного занятия и начал было
заниматься иным делом, но остановился.
— Нет, уж вы, пожалуйста, не отказывайтесь, — продолжал бормотать Саша, развертывая сверток. — Вы обидите отказом и меня и мамашу… Вещь очень хорошая… из старинной бронзы… Досталась она нам от покойного папаши, и мы хранили ее, как
дорогую память… Мой папаша скупал старинную бронзу и продавал ее любителям… Теперь мамаша и я этим же
занимаемся…
Не столько тревожит любовника первое тайное свидание с любимым предметом, как тревожило Мариулу свидание с княжною Лелемико. Радость и страх видеть так близко дочь свою, говорить с нею до того волновали ее кровь, что
занимался у нее дух; в голове и сердце ее стучали молоты. Несколько раз
дорогою останавливалась она, чтобы перевести дыхание.
Воссозданием этой картины мы и
займемся, но для этого нам придется с тобой,
дорогой читатель, перенестись на десять лет назад.
Жил же он на вольной квартире для того, чтобы успешней
заниматься науками. Он посещал классы Сухопутного шляхетского кадетского корпуса в часы преподавания военных наук и нанял себе учителя. Для занятий нужны были книги, а книги были
дороги. Вот на что большей частью шли присылаемые Василием Ивановичем деньги. Кроме того, кошелек его был всегда открыт для нужд бедных солдат, за что последние обожали своего молодого товарища.
Дмитрий Петрович, довольный тем, что наконец высказался перед другом, всю
дорогу держал меня за талию, и уж не с горечью и не с испугом, а весело говорил мне, что если бы у него в семье было благополучно, то он вернулся бы в Петербург и
занялся там наукой.
— Такая же быстрая перемена должна теперь совершиться и с тобой и не для меня, а для тебя самого, для твоего же счастья это необходимо. Делом, делом надо
заниматься,
дорогой мой! Все от этого зависит. Изменишься, и общество к тебе иначе отнесется. Ты послушай, что я буду говорить тебе…
— Тульский завод, — сказал
дорогой Григорий Александрович, — есть такое государственное заведение, такой военный предмет, который заслуживает моего внимательного обозрения, и я непременно
займусь этим делом тщательно и серьезно.
Иногда я
занимался в самой библиотеке Нордена, он и это позволил мне; и тут я чувствовал себя совсем как король: мягкие диваны, большие столы, заваленные журналами, множество книг в
дорогих переплетах, тишина, как в Публичной библиотеке, — комната находилась во втором этаже, и никакой шум туда не проникал.
По взглядам Мака, Фебуфис был талантливый человек, который пошел по дурной
дороге, и в виду чего-нибудь более достойного им не стоит
заниматься.
Отец Фебуфиса
занимался крупными торговыми операциями и имел обеспеченное состояние. Он хотел, чтобы сын шел по его же
дороге, и потому не был обрадован его художественными наклонностями, но мать ребенка, женщина очень чувствительная и поэтическая, не любила прозаических торговых занятий мужа и настояла, чтобы Фебуфис получил возможность следовать своим художественным влечениям.
—
Дорога тряская, слова усыпительные. Как не вздремнуть… Вином я, между прочим, не
занимаюсь, бабами пока что не интересуюсь, млад еще, — что ж вы меня только зря растравляете…
Николай был хозяин простой, не любил нововведений, в особенности английских, которые входили тогда в моду, смеялся над теоретическими сочинениями о хозяйстве, не любил заводов,
дорогих производств, посевов
дорогих хлебов и вообще не
занимался отдельно ни одною частью хозяйства.
Сын Сергей
занимался устройством всех материальных условий в
дороге, и
занимался этим хотя и без знания, но с свойственной двадцати пяти годам энергией и самоудовлетворяющей деятельностью.
Идет к хозяйке. Как вчера уговорено, берет в мешочек пирога, два яйца, ветчины, полбутылки водки, и, чуть
занимается заря, они с Яшей выходят со двора и идут к Петровскому парку. Они не одни. И впереди идут, и сзади догоняют, и со всех сторон выходят и сходятся и мужчины, и женщины, и дети, все веселые и нарядные, на одну и ту же
дорогу.
Но, странное дело, ему,
занимаясь этими делами, еще гораздо более было совестно перед народом, чем когда он ужинал с товарищами или заводил
дорогую верховую лошадь.